Екатерина Крутихина, 11-б класс
Мата
«Маленькая девочка со
взглядом волчицы.
Я тоже когда-то был
самоубийцей.
Я тоже лежал
в окровавленной ванной
и молча вкушал
дым марихуаны».
гр. «Крематорий»
Мата, так Мата. Все равно. Мысли путаются, руки дрожат. Пусть – Мата- Это – ерунда. Зачем ей кличка Маша? Это ведь простое имя. Живое. А Мата – ломанье языка. А у нее – ломается все.
Вчера было страшным, разбитым на разговоры, днем. Во-первых, она, Мата, говорила со своей теткой о жизни. Тетка, видите ли, после того, как ей на улице по голове стукнули, почувствовала в себе высшие силы. Провидеть будущее могла, значит. Экстрасенс.
Глупая тетка, думала Мата, однако беседовать с экстрасенсом пришлось долго. «Ты знаешь, - говорила провидица, - ты – божественное существо. Я вижу твою светлую ауру. Но только злые силы, - тетка закатывала глаза в упоении, - духи- мешают тебе! Сбивают с великого пути, на зло толкают!» Мата, одно время, клевавшая носом, поняла, что скоро нужно отвечать, подозрительно и жутко взглянула на тетку. «Нет, ты слушай! Эти друзья твои – злыми духами-». «Нет. Стой- Не хочу я- Все равно-», - еле разлепив сухие воспаленные губы, Мата выговаривала слова. Дальнейший разговор передавать бессмысленно. Тетка разобиделась, а Мата, и так без сил, совершенно устала. Ну, все равно ей!
Потом, потом еще говорили. Одни прыгали, махали руками, брызгали слюной. Другие увещевали со слезами- Мата не помнит, кто, о чем говорил. Все слилось в единый ком мелькающих лиц и спутанных туманных голосов. Сейчас - Мате хорошо. Она далеко от них, она с другими, тихими людьми. Она готова слушать Тех всех заново. Может, даже, она поймет смысл их речей. А у нее мыслей нет. Никаких. Словно- Мата в лодке. Она плывет по чистому сказочному морю, где-то высоко – солнце. Оно почему-то качается и не греет. Наверное, это лампочки, хотя откуда лампочка - Страшное солнце- Руки устали, падают, весла тяжелые, Мата их оставит. Она тихо будет петь самую красивую песню-
Никаких сказок. Серый день, черный асфальт, грязно-желтые старые дома. Хорошо только, что спешить не надо. Мата ничем не занята. У нее - все хорошо. Все так и должно быть – она в этом не сомневается. Мата быстро и твердо идет по улице. За спиной – гитара в чехле. «И если есть в кармане пачка-», - Мата точно насвистывает знаменитый мотив. Ее ждут, слушают и любят. Если бы Мата жила в большом-большом городе, она ходила бы петь в подземный переход. Мата хорошо поет- Но в жизни нет сказок. В жизни нет места мечте, нет места древним наивным рыцарям-романтикам, дамам Сердца, тем более, если это жизнь маленького провинциального городка. И нет подземного перехода. Зато есть сотни знакомых и совсем ненужных лиц, есть тысячи пальцев, тыкающих на «не своего», на «не такого» человека. А Мата – «не такая». Мата – девушка, девчонка! Ей мечтать хочется, она должна мечтать!
Нет в этой жизни места мечте- А Мата - не может так. Это у нее в крови. Она училась, чтоб мечтать, дружила, говорила, ходила, дышала – чтоб мечтать! И сейчас ей наплевать на все – лишь бы «мечтать».
Только дорого покупать такие мечты. Себя жалко. И Мате жалко себя – бледную, растрепанную, с синевой под глазами, с трясущимися губами. И горда собою Мата – в мечте. Там она не такая. Она живет среди Людей – хороших, умных, талантливых и добрых. Там нет скользких черных заборов, гнилых луж и душ, нет острых зубов и когтей- Но живут не долго. А утром – вновь жалко себя. И никуда не уйти. Мата должна мечтать.
Трень, - гитара, - трень: «Но если есть в кармане-» Для кого же «все не так уж плохо на сегодняшний день»? Для Маты. А на завтра? Нет завтра. Хотя, это пустяки-
Главное – что в кармане есть.
