Ход твоих дней, воплощенных в слова

Ирина Новоселова,
выпускница школы 28, филфак ВГГУ

Мне нравится, что я осенняя,
Что шершавость дорог позволяет
размашистый шаг,
Словно идём мы в своё имение,
Которое на солнечных этажах.

Мы подвержены осенней депрессии,
Но светлое примешивается в небеса.
И я говорю: «У тебя же волосы светлые».
Она: «Меня тянуло на берега!»

И осень чувствуем мы замиранием
Троп, сквозящих листвою ленною.
А я не верила тому испытанию,
Как склонённое дерево, я была бренная!

Была я растрогана ночью гитарною.
Мы стиснуты холодом, его руки в музыке,
Они мне напомнили моление давнее,
Когда у похожих была я минутами!

Я просто подумала: ведь мы разойдёмся вспять!
И что же? Меня и прибило к неведанному,
Трепещущему так, как другие мстят
Единожды лютым созвездиям!

Я просто подумала: зачем же зовут меня?
От них беспорядки храню я по комнатам.
А мы непревзойдённые в этих днях,
Мы - сфинксы в руках сентября бездомные!

* * *

Я – стихийная песня,
Подавленная негой вечеров,
Когда не починённая за день луна не на месте
И порубленной звездой не разжечь костров!

Видит бог: обитала дождями я
На крышах подсказанных мне домов.
Видит бог: непутёвая, я с друзьями
Не сковала и двух оков!

И это – двадцатичетырехчасовое одиночество.
Эти – ноги с мозолями ещё на двух странников.
Эта – голова, пущенная по ночи
Вслед за выдохшимися ветрами!

И сдерживая пока
своё светопреставление,
Наскребаю небо в ладоши и
Обвиняю себя в непомутнении,
Обвиняю себя в очень хорошем!

Июль, 2008 г

* * *

Выйти гулять самой по себе,
Может, стройной, может, печальной.
И поводок от солнца держать в руке,
Думаю, не случайно.

Из облаков выкидывается июль
На руки нам и под ноги,
Так, что и мне захотелось тонуть,
Навеваемой стонами водными!
Кто беспризорен на этой улочке,
Брошен за происки вдохновения?
Кто посчитает меня за дурочку,
Загребающую приключения?

К тому и пойду с неудачной прической,
Вселенную встряхивая каблуком.
В том и буду искать свою лучшую тёзку…
Я думаю, у нас взвинченная связь имён.

Июль, 2008 г

Артем Перминов (Lancaster), выпускник школы 28

Смотри на свободу другими глазами.

Смотри на свободу другими глазами.
Доверчивы реки, чисты облака…
Мы всё в этом мире придумали сами:
Последнюю встречу с шагами в закат,

Пунцовые розы, прощальные мысли,
Холодные руки и письма навзрыд,
И слезы, что снегом на звездах повисли,
И камни окрашенных кровью обид.

Мы всё в этом мире придумали в паре:
Свой пафосный рай, мороз по спине,
И жизнь, что забыта на тротуаре
Почти на бегу, почти что во сне.

Смотри на свободу другими глазами.
Без боли, без слез, преломляющих мир.
Мы не расстаемся. Мы будем друзьями.
Почти что как раньше – родными людьми.

* * *

Срываясь,
так просто пропасть в толпе
вороне в смешной беретке
(выгляжу препаршиво).
срываясь с петель, к тебе
бегу по бессонным меткам,
сквозь миллион ошибок.

и хочется спрятать нос
в пустой, но своей коробке.
(это не так уж мало)
смотри, а вокруг кино.
на кадрах рисую робко
знаки инициалов.

...вернуться
несомненно неслучайно
перепуганные чайки
о тебе тогда кричали,
знали,
что сюда вернусь.

и теперь спешу с восходом,
мимолётом,
мимоходом
обгоняя непогоду,
холод
и саму весну.

и совсем,
совсем неважно,
что тогда подумал каждый.
на столе лежал бумажный
повод,
чтобы выпить яд.
снова здесь.
и шепчут волны
об изгибах и изломах...
у моста всё тот же клоун
плачет.
только нет тебя.

Анастасия Крюкова, 11-а класс

И в пылких чувствах, не таясь
Возникнут мысли непременно.
А за окном, узнав, весна
Откроет двери в мир забвенный.

И, как ребёнок, ты шагнёшь,
Споткнёшься на пороге счастья,
С улыбкой встанешь и пойдёшь,
Забыв про боль и про ненастья,

В тот мир иллюзий на пути,
Где будто всё из пластилина:
Деревья, бабочки, цветы…
Ты встретишь судеб властелина.

Вдруг он исчезнет, подарив
Прекрасные, как солнце, чувства,
И сон печальный усладит
Явленную нам суть искусства.

Но осень робкая ту дверь,
Закроет прочно, словно тайну,
А ты не осуждай, поверь,
Ведь мир забвенный не бескрайний.

Екатерина Обухова, 11-а класс

В поисках судьбы

В пушистом мареве тумана
Бредёшь вперёд ты одиноко.
Вопрос: «Что будет впереди?»
Ты задаёшь себе до срока.
Ища ответы, лишь вопросы
Ты получаешь в тишине.
«И почему всё так жестоко?
Хоть кто-нибудь ответьте мне!!!
Найду ли я друзей, врагов,
Любовь, обиду, счастье, слёзы?
И как понять, когда готов
В тот трудный путь, что Бог даёт нам?
И, опираясь лишь на веру,
Бредёшь, не знающий судьбы.
Кто знает, что за поворотом...
Что если сбудутся мечты...

Екатерина Назарова, 11-а класс

Хоровод осени

Меня влечёт осенний вечер
Пурпурным взором не напрасно.
Мне даже хочется кружится
В лиловом самоцветье счастья.

Как-будто кто-то тянет руки,
Меня зовёт волшебной вестью
И, пропевая нотки сладко,
Уносит в мир прекрасной песни.

Ирина Учаева, 11-а класс

Нам многого и не дано,
Порой бессильны в мире этом,
Но есть надежда всё равно
Прожить Душой, воспетою поэтом.

Выходим за границы высоты,
Страдаем и других терзаем,
Борясь за воплощение мечты.
Но слишком поздно понимаем,

Что закат
Не будет никогда рассветом,
А глаз любимых томный взгляд
Воспримется другим лишь человеком...

Но вопреки несправедливости и фальши,
Не уронив ни капельки слезы,
Идёшь своей дорогой дальше...
Пусть разбиваются мечты...

Пролог

Ирина Новоселова, 11-а класс

Кто – за возрождение?

Февраль, понимаете?! А дождь скулит с гневами,
Всё кутаясь в волосы, шлифуя тот взгляд,
Которым во стороны странные, смелые,
Где солнце на высылке, грустно глядят.

Не верите в дождь упоительной спеси?
Затем и размыты.… Под крыши, под крыши!
А сами – пластами для поднебесий,
На них и вскарабкаться можно! Но тише…

Вдруг март, понимаете?! Сечётся он скачами
Прорвавшихся душ до весны, до весны!
И солнце в ущелье из тучи не схвачено,
Что глухо влачится за ним до земли.

С земли я и тучи, и ветер, и ястребов
В повозку мечты запрягу и в восстании
Света поеду за авторами
Разлетающихся воззваний!

С повозок – в автобусы, долгими шлейфами
Мечтания тянутся, и небо всё вспахано
Уже новыми земледельцами,
Полюбившими землю за облака!

И видя в вас, пассажир, размышление,
Я просто рада, что и вы понимаете:
Вечерние рейсы – не для передвижения,
Вечерние рейсы для – самосозерцания!

Уж март, понимаете?! Кто – за возрождение?

* * *

А я вышла в зимних доспехах
В неповоротливость утра тучного
И не знала, что вновь нахлобучено
Будет солнце замлевшей вехой
Тишины!

А я вышла в зимних доспехах,
Позабыв: не на голой ледышке
Восседает наш город, в куплетах
Домов на асфальте сгинет
Для зимы.

А я вышла в зимних доспехах,
Поскользнулась - упала - грязная.
И проваливаться в музык безделья
Стало шквально и безбоязненно!

А я вышла в зимних доспехах,
Чтоб понять: мы зачинщики нового,
Нам бы лучше ходить раздето,
Не считая накидок бредового
Обмундированья!

По пути

Иду. По правую руку - дорога,
Мне казалось: раскопки дорожного марта.
В фантазийное скат - тайно слева, к берлогам
Отшельничьих крыш деревянных.

А с них перелазами над вселенной,
Цепляясь за звезды, идти - красота!
Коль вздорщики лир до меня не бесследно
Сюда пробирались по карте стиха!

Иду - по правую руку - дорога -
Навстречу неведомым чудакам.
И чувства - потопами в плачи погоды,
И трудно сойтись по рукам и ногам!

- Упоённой пришла. - Вам бы тоже
Услышать поэзии крик?
- Да.
И прекрасно: в сезон нехожий
Уже двое сбрелись на пути.

Выше

По руинам дня мозолило солнце,
А я хотела быть у солнца второй
Вольно томимой весенней походкой
С черноволосой степной головой!

И стать посреди шумных, спешащих,
Спотыкаясь о луч, приспущенный ниц,
Душой накинуть февраль проходящий,
На выгон водивший столько лун-коромысел!

Глаза опрокинув на небе, я знаю,
Что правы они: не одни в миг бродячий,
С глазами-долинами малая стая…
В извозчики – ветер, на нём, меря плачи,

Лететь в поздний парк, шевеливший причуды,
Ссыпавший ритм пятничной легкой золы,
И выждать пытаться проклятого блуда,
Что без сна на другом отрывке Земли!

Послесловие

Танцем не прямоходящих
Нас за вожжи тянет луна,
В ночи симптомно не спящих,
Желающих стыть до утра!
Когда тела - об изнеможении,
Им прикрытие ночи нагар.
И город пустой - им владение
Под стражей увалистых чар.

Заря, напылённая и неспешная,
Меж полчищ высоких домов -
Средь них и встречать чудо-лешего,
Что стянет к ногам вопль дорог

Вечности, стуком сметённой
Каблуков, что отростками скал!
- Но а мы навсегда занесённые
В путевой рассвета журнал!

* * *

И по жизни – стихами выть,
И по жизни – стихами складываться,
Как нахлёст, как набег… И вить
Канаты, с которых высаживаться

На людей, на солнце… Поверьте мне!
Я не самая сумасшедшая,
Лишь бы мир – не глух, а проветренный,
Лишь бы душу – по мне, но не пешего!

Я тайна. Но а если в нашествии
Из глаз четырёх хоть, намотанных на звезды,
Я бы – с радостью в сумасшествие,
Я бы – в горы – поверх ходьбы!

Я бы – с кем-то… Стихами осыпанная,
Один – в кармане, другой – под сердцем.
Я не самая непредвиденная!
До меня измеряли в герцах

Жизни прекрасную маету!
До меня – понимала Цветаева!

В искусство ввел я мыслей строй…

Ирина Новоселова, 11-а класс

I

Пеклись зори бледно-тончайшие,

Словно проводками

Созерцания высочайшего

Миру ходкому.

Между тучами-тройнями

И фонарною веткою

Звездно-остроугольное

Ломалось копье древнее...

В ночи-чулочнице посланное

В иллюзорно-небесные дали...

Не для копий ли вечных разостланы

Они, сочиненные нами?

II

В ботинках лет, бежавших наутек,

Мы, и небесный лоб нестроен...

Давно петлистый ветер лир засек,

За сколько песен он поверит нам, за сколько!

И я из города, что лепит грусть зимой,

Плясать могла б до измождения стихий!

Их боги нам в виденьях, а мой бог

Проезжий, как и не пришедший мир!

III

Заря обуглилась. И сразу снег

Бессмысленен, как белый поролон.

Тот отбирал от каблуков моих пробег,

А этому не важен бег всех сотен каблуков!

Бежала. И от вытяжки ветров

Мой голос был пружинисто стеснен!

Я пробовала крик, но даже в нем

Метанье меж раздумчивых бортов!

Поэту

Ты знаешь, поэт, как хочется

Чехол на сны утром, неброско,

Зазывающим топоты дней?!

Ты знаешь, поэт, как хочется

Мне в воскликнувшей рани морозной

На песенной быть стороне?!

Ты знаешь, поэт, как хочется

В ту улочку, сном приталенную,

Прийти часов до восьми...

От дороги большой заправленную,

Где ленные тени ворочаются,

Пока сопят фонари?!

Ты знаешь, поэт, как хочется

Ту звезду, что одна и моргает все

В просвечивающей вышине,

Видеть и знать, что просится

Она не созвездиям на крыльцо,

А в шкафу отлежаться при мне!

Разве странно? На небе измелются

Судьбы самые изумленные

Те, что в далях своих так кратки.

На земле ж их докрутят мельницы

Из глаголов вёсен топленых и

Заподозрившей души зимы!

Ты знаешь, поэт, как хочется

Мне собою тебя найти?!