Ирина Кошкина. 11-в класс
Зона
I
Зона – свалка, которая появилась на месте разрушенного завода механических игрушек. Его разбомбили во время войны, далее остатки завода сгорели. То, что осталось, стало использоваться биохимкомбинатом для сбросов отходов. Через некоторое время на свалке стали наблюдаться странные явления, а так как руководству в то время было не до свалки, ее решили просто обнести забором. Позднее, деревянный забор заменили железобетонной стеной, доступ на свалку ограничили. Запретный плод сладок – на свалку, как и на любое запрещенное место, потянулись люди. Некоторые говорили, что в Зоне есть Озеро Желания – если до него дойти, то любое желание исполнится. Но пока никто до него не доходил, а если кто и доходил, то уже ничего никому не расскажет. Проходило время, Зона росла, количество туристов, желавших там побывать, не уменьшалось. Все было прекрасно, но вдруг все меньше и меньше посетителей стало возвращаться. Люди стали бояться и не зря. Появилась реальная угроза того, что свалка, именуемая в городе Зоной, замкнется в самостоятельную эко-систему и со временем поглотит город. Уже недавно она накрыла собой парк и стадион.
Никто толком не знал, что происходит в Зоне. Известно было только, что игрушки, сохранившееся после разрушения и пожара мутировали в какие-то неизвестные формы. Говорят, что открылась Дверь в Бездну. Никто не знал истинных размеров Зоны, так как с воздуха ее просто не видно.
Зону, кроме мутировавших игрушек и, всякого другого мусора, населяли инкубы – это разновидность оживших мертвецов, которые имеют обыкновение вступать в браки с живыми людьми.
И вот недавно появилось сообщение, что трое детей ушли в Зону и не вернулись.
II
Мы шли по Зоне, она не признает законов человека. В городе даже родилась пословица – «У Зоны свои законы». Пистолет в Зоне выстрелит прямо в тебя, уши услышат вместо грозного рычания приятный голос матери, глаза увидят твердую поверхность вместо дыры в Ничто. Но все же мы пошли в Зону, надеясь дойти до конца и вернуться живыми. Нас было трое – я, сталкер Жора и Лукьяныч. Все мы побывали в Зоне. Некоторые и не по разу. В молодости, по пьянке Лукьяныч забрел туда, чтобы дойти до Озера Желания. Конечно, до него он не дошел и чудом выбрался назад. Мы же с Жорой ходили еще школьниками, и зашли не далеко – нас заметили охранники, иногда захаживающие в Зону. И хотя у всех нас впечатление от Зоны были не из приятных, все же мы согласились идти в нее.
Первое препятствие (которое нас ожидало) – это Труба.
- Я пойду первым, а ты пойдешь, когда я дам сигнал, - сказал Жора. Он пошел, а я стал считать шаги. Их было десять, а потом вдруг все оборвалось. Не было ни вскрика, ни шума, ничего другого – просто все кончилось.
- Страхуй, - сказал я Лукьянычу и дал конец веревки. Другим я обвязался сам и ступил в темноту. Я шел, считая шаги. После девяти, я остановился и посмотрел под ноги. Внизу зияла громадная дыра, в ней я увидел Жору. Я кинул ему веревку и велел Лукьянычу тянуть. Через минуту Жора стоял около меня, от него несло отвратительной вонью.
- Ты живой? – спросил я
- Живой… Но почему она открыта?
- Ты знал? Знал и пошел?
- Она редко открывается, а с четырех закрыта.
Все еще ничего не понимая, мы вылезли из Трубы. Я обернулся. Над Трубой криво висела эмалевая табличка «Туалет закрыт с 16.00». Словно какой-то шутник повесил ее после, а не до выхода.
Наш путь лежал дальше. Мы вышли на поляну, усыпанную разноцветными крупными круглыми цветами. Присмотревшись, я понял, что поляна живая и покрыта не цветами, а сотнями, тысячами разноцветных стеклянных глаз. Это были лишь глазные яблоки, лишенные ресниц, но они жили и подмигивали нам. Глаза подкрадывались к нам, стараясь дотянуться до наших ног. Мы побежали прямо по глазам. Они трескались, лопались, разлетались в пыль под нашими ногами, но от этого их не становилось меньше. Вдруг мы увидели дверь. Не было ни стены, ни крыши, ничего другого. Была просто дверь. Не задумываясь о последствиях, мы просто влетели в нее.
Не помню, как долго мы бежали по неизвестно откуда взявшемуся коридору, точнее какому-то лабиринту, но нас остановил детский плач.
Внезапно перед нами возник замок Сольвейга. Сольвейг, как он сам себя называл, был из последних (да и первых тоже) инкубов Зоны. Я единственный, до этого случая видел его. Он сказал мне, что Озера Желаний нет. Я поверил. Он знает. Он искал много лет.
Они были там. Сольвейг привязал их к трону и кормил сгущенкой. Они были в этой белой, липкой массе. Сольвейг думал, что отдает им самое дорогое, что есть у него. Когда-то во время войны сквозь Зону проходила ветка железной дороги. Однажды целый состав со сгущенкой разбился здесь, и с той поры Сольвейг питался только сгущенкой. Мы оттолкнули его, он откатился в угол и замер там.
Жора отвязал детей, и мы пошли обратно. Надо было торопиться, иначе пришлось бы провести ночь в Зоне, а это самое ужасное, что может быть.
Мы хотели уйти незаметно, но нам это не удалось - раздался такой грохот, которого я в жизни не слышал. Меня отшвырнуло, покатило, понесло. И, наверное, сто лет прошло, прежде чем я успел сообщить, что произошло: кто-то, скорее всего Танька, наткнулась на край Великой Пирамиды. Той самой, которую он мне показывал в прошлый раз. Она из пустых банок. Пятьдесят лет он жрет эту сгущенку по три-четыре банки в день. Простая арифметика – сколько банок? И всю эту пирамиду Танька развалила…
Мы бежали сквозь мертвый лес, заросли синих одуванчиков, поляны медной проволоки. А по нашим следам уже шли Железные Люди, заводные и без голов. Мы ползли по паутине, и за нами шли Плюшевые Пауки, желтые на пружинах. Они загнали нас к Стене. Я услышал стук. Быстрый, частый стук, и я понял, что нам конец – мы вышли к Бездне. Никто там не был, но все о ней слышали. Там работа идет день и ночь, а кто работает - непонятно. А может это Сборный Червяк, что еще хуже.
Тут Пауки пошли в наступление. Я стал долбить Стену неизвестно откуда взявшимся ломом. Уж лучше Бездна, чем Паук. Кусок Стены вывалился, выпал в ту сторону, лом тоже. А Пауки все наступали. Теперь, даже если там смерть, все равно другого пути нет. Нас спасла Нога. Ее Пауки боятся. Она вышла из темноты скрипя несмазанными суставами – дырявый сапог с меня ростом, из него торчит палец. Пауки – в стороны. А Нога попрыгала к нам, чтобы растоптать.
Выхода нет – мы полезли в Стену. Я выпал первым, потом все остальные. Там был асфальт. Простой асфальт. Гремя вагонами, мимо нас проехал пустой трамвай. Я понял, что это был выход, который до нас, наверное, никто не находил.
Прошло несколько дней, и все успокоилось. Зачем они полезли в Зону, спрашивали все. Танька объясняла, что хотела найти Озеро Желания, а Витьку с Толиком взяла для охраны. Дети…
